В сталинские годы многие стали жить по образцу "архетипов", где роли вытеснили индивидуальность. Этот процесс породил массовую одержимость, которую можно описать через юнгианское понятие архетипического содержания, присутствующего в коллективном бессознательном.
Тень, репрессии и страх
Однако вытесненная индивидуальность проявлялась в явлениях Тени на уровне общества. Репрессивная Персона, олицетворяющая образ "правоверного коммуниста", имела обратную сторону: страх, доносы и контроль над поведением и мыслями. Тех, кто не соответствовал идеалу, с легкостью объявляли "врагами народа", проецируя их на теневые образы вроде "шпионов" и "врагов".
Юнг в 1945 году дал четкое определение Тени, описывающей качества, с которыми человек не хочет ассоциироваться. Психолог Сэмьюэлз расширяет эту концепцию, подчеркивая, что Тень — это сущность всего неприятного в личности. Эрель Шаллит также указывает на динамичность понятий: "Живые объекты движутся, и их тени следуют за ними".
Проекция внутренней тьмы
Юнг подчеркивал, что когда люди игнорируют свои внутренние демоны, они проецируют их на окружающих, воспринимая соседей как врагов: "Состояние внутренней тьмы проецируется на других, что ведёт к вооружению против них".
Культура противоречий
Сталинская культура предоставила художественные примеры этого внутреннего раскола. В сатирической повести Михаила Булгакова "Собачье сердце" показан процесс создания советской Персоны через образ Шарикова — существа, лишенного моральных ценностей. шориком пытается примерить на себя роль "нового человека", но при этом вырываются его дикие инстинкты. Он становится не культурным героем, а настоящим Трикстером.
В реальном мире люди скрывали свои истинные лица даже в быту, что порождало повсеместные доносы и недоверие. Маска "советского человека" могла разрушить даже самые близкие отношения, превращая всех в актеров на сцене социалистического театра.
